Реставрация – как стоматология: дорого, но зато раз и навсегда

За что реставраторы благодарят «Почту России» и в каких случаях отказать клиенту это благо – рассказывает коммерческий директор реставрационной мастерской «Art Ville» Жанна Полански.

Как вы начали работать?

— История нашей мастерской началась девять лет назад. Тогда мы занимались восстановлением памятников и памятных досок, и нам начали заказывать другие работы по камню. Клиентов было немного, о нас узнавали по «сарафанному радио». Постепенно мы стали пробовать реставрировать фарфор, сначала для собственных нужд (иногда специально покупали фарфор с дефектами, для наработки опыта), потом для друзей-знакомых. Пока мы учились, мы работали практически бесплатно. Постепенно обороты росли, и мы начали предлагать различные виды реставрации как профессиональную услугу.

Что вы обычно реставрируете?

— Чаще всего к реставратору обращаются со сколами и трещинами на фарфоре. Из российских марок обычно приносят Императорский фарфоровый завод, ЛФЗ, но это достаточно редкие экземпляры, часто – фарфор фабрики Кузнецова, Гарднера. Из зарубежных марок, примерно 70 процентов заказов приходится на немецкий фарфор – мейсенский и ряда других заводов.

Старинные статуэтки с поломанными пальчиками – обычный запрос. Опытный мастер сможет незаметно нарастить недостающие детали за несколько часов. Львиная доля заказов приходит после транспортировки почтой. (Можно поблагодарить «Почту России» за клиентов). Недостающие пальчики, руки, цветы и прочие мелкие детали – всё это мы восстанавливаем по подробным фото из каталогов. Обычно такой ремонт заказывают галереи для дальнейшей перепродажи. После реставрации дефект не заметен абсолютно, поэтому вещь продаётся как целая. Но стоит отметить, мы всегда информируем клиентов о том, что после определённых видов работ нельзя подвергать предмет термической обработке, например, в чашечку нельзя наливать горячий чай. Некоторые клиенты бывают озабочены чистотой предметов, таких мы предупреждаем: нельзя чистить фарфор агрессивными моющими средствами или ацетоном, иначе целостность краски и лака будет нарушена.

На втором месте по частоте запросов стоят работы по камню. Тут заказчиками чаще всего являются строительные компании, но бывают и частные клиенты. Обычная история: подрядчики при ремонте разбили ценные оригинальные предметы интерьера, например, мраморную столешницу или расписную раковину. Предметы были куплены под заказ в Европе или Америке, и клиент не хочет ждать несколько месяцев, пока на замену разбитой привезут новую вещь. Тут приходим на помощь мы и реставрируем сломанное и разбитое.

Иногда клиенты приносят на реставрацию живопись. Не всем нравятся следы старины или дефекты на холсте, просят привести полотно в идеальный вид.

Достаточно часто мы берёмся за реставрационные работы по стеклу. Обычно это дорогие салонные парные вещи: кубки, канделябры, светильники. Стекло самый трудный материал, поскольку следы реставрации заметны в любом случае; чтобы скрыть следы, некоторые вещи приходится декорировать золочением или узором. Кстати, реставрация золотого покрытия тоже очень сложная работа. Её следы, к сожалению, не всегда удаётся убрать: оригинальное золочение и новые фрагменты могут отличаться по цвету и глянцевому эффекту, но мы приближаемся к решению этой проблемы.

Старинную мебель – комоды, диванчики, кресла, стулья – мы тоже реставрируем, иногда буквально из руин. Например, недавно принесли стул: 40 процентов сохранности, это, по сути, только форма. Здесь мы сделаем не просто перетяжку, а более сложные работы, за которые не возьмутся другие мастерские.

Какого времени вещи вам приносят?

— Соотношение реставрируемых предметов примерно такое: 70 процентов – антиквариат, 30 процентов – современные. Современный фарфор зачастую стоит дороже антикварного! Антиквариат – это по большей части предметы XX века, реже – XIXвек, и совсем небольшой процент вещей более старых.

Встречаетесь ли вы в своей работе с подделками?

— Подделки встречаются очень часто. В живописи – это копии, работы учеников известных художников и просто подделки. За все годы мы видели наверное всего несколько оригинальных полотен. В фарфоре подделок мало: коллекционеры хорошо разбираются в фарфоре, который собирают. Хотя есть много подделок под Севр – около 70 процентов того, что при продаже называют Севром, является копией, они производились в тот же период, что и Севр, но на других фабриках, которые себя и позиционировали как производители копий Севра.

Почему люди несут вещи вам, а не в мастерскую, например, при музее?

— Наша мастерская занимается так называемой коммерческой реставрацией. Она отличается от музейной тем, что предметы после неё будут использоваться по прямому назначению, а не стоять на музейном стенде. Если нам приносят фарфоровый сервиз, то из него будут пить чай, а статуэтки будут показывать гостям, поэтому реставрация должна быть незаметной. По канонам музейной реставрации восстановленный фрагмент должен быть виден, различие между оригиналом и современной доработкой должно быть заметно. Музеи реставрируют фарфоровые предметы гипсом, это очень хрупкий материал, но прочность им и не важна: предмет будет стоять за стеклом. Мы никогда не используем в работе гипс.

Какие материалы вы используете для реставрации?

— Разнообразные. Мы даже пробовали стоматологические материалы, но от них отказались, поскольку результат не соответствовал нашему представлению об идеале. Сейчас мы перешли на европейские материалы, это специальные реставрационные мастики. Они обходятся нам очень недешёво, но альтернатив нет. На российском рынке предложение реставрационных материалов очень мало, и качество нас пока не удовлетворяет. Но недавно мы нашли лабораторию, которая будет делать нам материалы под заказ.

Как вы находите своих мастеров?

— Мы никогда не ищем внешних специалистов специально под определённый заказ, отлично справляемся своими силами. В мастерской постоянно работает 12 мастеров, которые за нескольких лет работы доказали своё мастерство. У каждого мастера своя узкая специализация: кто-то занимается только фарфором, кто-то живописью, кто-то камнем. Один мастер успешно справляется с самым тяжёлым для реставрации материалом — стеклом, такую работу доверяем исключительно ему. Есть мастера, специализирующиеся на фарфоровом кружеве. Не бывает мастеров-универсалов, которые могли бы работать одинаково хорошо и свободно с любым материалом.

Поскольку мастера люди творческие, и тонкая работа требует вдохновения, то рабочий график абсолютно свободен, главное чтобы работа была выполнена качественно и в срок. Некоторые мастера работают по вечерам, а кто-то — даже ночью.

Рабочие места тоже организованы свободно, напоминают творческий хаос, но ваши художники, похоже, в нём прекрасно ориентируются.

— Зато после уборки, бывало, творческий пыл остывал в поисках нужного инструмента или детали.

Какое образование имеют реставраторы?

— Обычно художественное, но бывали случаи, когда приходили люди без образования и оказывалось, что они мастера с прирождённым талантом и чутьём. Были и обратные случаи, когда специалист громко заявлял о своём высоком профессионализме и опыте, а на деле оказывалось, что это далеко от истины. Мастерство проверяется исключительно временем и проделанной работой. Со своими мастерами мы работаем давно, это постоянные специалисты.

Наверное тонкая работа требует очень много времени?

— Сроки обычно составляют 7-14 дней и редко превышают это время. Работы по реставрации живописи и камня требуют других сроков, поскольку материалы другие, сохнут дольше, характер работ отличается, но всё равно сроки непродолжительные.

От чего зависит цена на реставрационные работы? Влияет ли марка, возраст предмета?

— Определяющим фактором является сложность работы и стоимость материалов, а не марка или возраст предмета. Мы используем зарубежные материалы высокого качества, российских аналогов которым нет. Мастер должен получить справедливое вознаграждение за свой труд и мастерство. Ветхость предмета увеличивает сложность работ по реставрации. Будет это любимая кружка неизвестной марки, не представляющая антикварной ценности, или Мейсен XIX века, если характер дефекта и сложность по его устранению одинаковы, цена также не будет различаться. Конечно, у мейсенской статуэтки в отличие от предмета ЛФЗ будет более ювелирная анатомия, поэтому от мастера потребуется больше умения и времени. Это несколько увеличит конечную стоимость реставрации, но не критично. Цена любой реставрации у нас начинается от $100. Мы обычно говорим клиентам: это как стоматология, дорого, но зато раз и навсегда. Работа не может стоить дёшево, иначе она будет некачественной.

Бывают случаи, когда вы не берётесь за проект?

— Такие случаи бывают, когда мы знаем, что работа будет стоить дорого, а результат идеальным не будет. Например, недавно обратился клиент по поводу реставрации старинного стола из дерева, сделанного по типу флорентийской мозаики. Огромный стол диаметром 4 м треснул пополам и вскрылся в щепки. Клиент купил дорогую антикварную вещь в Италии, а итальянские поставщики ничего не принимают на возврат. Мы не приняли вещь на реставрацию и объяснили, почему реставрация бессмысленна. Стол неправильно хранили, дерево рассохлось, и даже если мы восстановим его, трещина обязательно появится в другом месте. Результат будет не сопоставим с объёмом и стоимостью работ. Мы заботимся о своей репутации, поэтому не делаем реставрационные работы, если они не дадут нужный результат. Клиент видит честное отношение к себе и вернётся к нам, но уже с другим заказом. Ну и конечно, мы свято соблюдаем главный закон реставрации – не навредить. Если наши специалисты видят, что реставрация не принесёт видимой пользы предмету с дефектом, то мы предупреждаем об этом клиента и не советуем проводить какие-либо работы.

Насколько велика конкуренция на рынке реставрационных услуг и кто ваши клиенты?

— Основные клиенты Art Ville – это галереи. Они заказывают сразу много вещей. Частные клиенты делают редкие небольшие заказы для своих коллекций.

Конкуренция среди реставраторов на рынке небольшая. Насколько я знаю, сейчас работает около пяти мастеров, из которых почти все – наши бывшие ученики. И мы гордимся, что сумели вырастить такое поколение умельцев.

У Art Ville большие конкурентные преимущества. Одно из главных – наша мастерская оформлена как организация, соответственно мы несём ответственность за свою работу. Если частный мастер, работающий у себя на квартире, может испортить предмет и никакой ответственности не понесёт, то у нас совершенно другое дело. У нас ведётся вся документация. Любой предмет мы принимаем с актом, где указываем данные о клиенте, предмете, стоимости, сроках и характере работ, предоплате и прочем. Предоплата, кстати, необязательна, но если цена реставрационных работ превышает 50 тыс. руб., мы стараемся брать предоплату. А то бывают случаи, когда предметы после реставрации не забирают. У нас набрался целый шкаф готовых работ, которые годами ждут хозяев.

Вы также оказываете услуги по атрибуции антиквариата и живописи?

— С живописью мы работаем по договору с музейными экспертами, атрибуцию для нас делают они. Атрибуция имеет смысл, когда мы точно знаем, что полотно представляет историческую и культурную ценность, и такое заключение делаем мы сами. Если оказывается, что работа действительно ценная, и клиент заинтересуется более подробной её историей, мы заказываем музейную атрибуцию; её стоимость начинается от $1 тыс.

По фарфору, стеклу, камню мы делаем атрибуцию сами. Фарфор атрибутируем по каталогам с европейских аукционов, аналогичным предметам, которые уже были в нашей мастерской на реставрации (через Art Ville проходит большой поток предметов). Смотрим наши акты приёмки. По клейму определяем временные рамки создания предмета. По временному фактору уже ищем информацию об исторических реалиях, о художественном стиле (из истории страны можно узнать, например, о корнях тематики росписи предмета). Мы создаём историю предмета. Красивая история значительно увеличивает цену. Услуги по атрибуции у нас недорогие, всего около $100 за предмет. Эта работа доставляет нам удовольствие, и мы её делаем скорее для себя, для накопления знаний и опыта.

Справка о компании

Art Ville – реставрационная мастерская в Москве. Основана в 2004 году. Специализируется на реставрации мрамора, керамики, фарфора, стекла, металла и дерева, а также живописи. Оказывает услуги по экспертизе. Продаёт восточный, европейский и русский антиквариат. Объединяет мастеров-реставраторов, художников по камню, металлу и дереву, архитекторов, скульпторов и живописцев. Принимает заказы на любые творческие работы.