Поставщики двора: Сазиков и Хлебников

Опубликовала
Елизавета Боровикова, Антикварус
Список специализаций
Серебро
Переключить стиль просмотра
Переключиться в «светлый» режим просмотра

Антикварус публикует перевод статьи Берримора Лоренса Шерера о поставщиках русского императорского двора - соперниках Фаберже. В этом фрагменте статьи автор рассказывает о фирмах Сазикова и Хлебникова.

Для коллекционеров серебра и предметов роскоши XIX века дореволюционная Россия - кладезь самых необычных изделий. Даже у тех, кто может только мечтать о лучших образцах ее наследия, упоминание о России вызывает в памяти одно имя - имя Фаберже.

Сегодня Фаберже наиболее популярен на международном рынке, благодаря представительству в Лондоне, открытому в дополнение к магазинам в Москве, Петербурге, Одессе и Киеве. Тем не менее, он не один работал в своей сфере, особенно в производстве серебряных изделий. Фирма Фаберже изготовляла только ювелирную продукцию до 1887 года, когда был открыт московский филиал, который специализировался на столовой посуде и предметах интерьера из серебра.

Любовь русских аристократов к серебру уходит корнями в эпохи Средневековья и Возрождения. Тогда и появились традиционные типы посуды, такие как братина, чарка (неглубокая чаша с ручкой) и ковш (в форме ладьи с характерной плоской ручкой). В эпоху увлечения западным искусством, которая началась с правления Петра I и продолжалась в XVIII и начале XIX века, русские серебряные изделия часто повторяли образцы из Франции, которая тогда диктовала вкусы остальной Европе. Но в 1840-х годах началось возрождение традиционных форм и мотивов, которое называют псевдорусским стилем. Спрос, создаваемый сказочно богатой русской аристократией и процветающей промышленной элитой, подгонял производителей серебра и армии талантливых мастеров, работавших на них. Они создали множество вариаций традиционных форм, декор которых придавал изделиям национальный характер.

К тому моменту, как Густав (1814 - 1893), отец Петера Карла Фаберже, открыл магазин в Петербурге в 1842 году, Россия могла похвастатьсяогромным количеством крупных изготовителей серебряных изделий. Самым ранним из них был Сазиков. Мастерская была основана Палом Сазиковым (работал в 1793-1830 годах) в 1793 году. В 1810 году ее уже называют “фабрикой”, что говорит о значительном расширении производства, хотя оно и оставалось семейным делом. Сын Павла Игнатий (1796 - 1868) пошел по стопам отца и открыл филиал в Петербурге в 1842 году. В 1846 году он получил статус поставщика императорского двора и право добавлять изображение двуглавого орла к клейму своей фирмы. После смерти Игнатия в 1868 году производство перешло к его сыновьям: Сергею и Павлу в Москве и Валентину в Санкт-Петербурге. Хотя петербургский филиал закрылся в 1877 году, московское отделение продолжало работать еще десять лет. Затем производство выкупила относительно молодая фирма Хлебникова.

Продукция Сазикова включает в себя серебряную посуду, скульптуру, и изделия, украшенные полихромной эмалью. За долгий период существования фирмы стиль продукции менялся вместе с вкусами публики: от французской моды эпохи Александра I до стилизованных флоральных мотивов, популярных в середине и второй половине XIX века.

Набор для пунша (1874-1875) производства Сазикова, подарен по императорскому указу английскому исследователю капитану Джозефу Уиггинсу (1832-1905) в 1894 году. В 1874 году Уиггинс доказал практичность Карского морского пути через Северный Ледовитый океан к реке Енисей. Этот путь позволял перевозить грузы между Великобританией и Сибирью. Набор состоит из чаши для пунша, черпака, двадцати четырех кружек (все они внутри позолочены) и подноса. Все вместе весит около 12 килограммов. На каждой кружке выгравирована одна или несколько пословиц на старославянском языке, все изделия украшены традиционным геометрическим орнаментом. Чашу поддерживает широкая резная ножка с гравировкой, четыре серебряных листа на тулове имитируют старинные тканые рушники. Две литые скульптурные ручки в виде крестьянских девушек поддерживают круглые “подносики” для одной кружки, а на съемной резной накладке можно разместить еще несколько предметов. Учитывая, насколько крепким был пунш в XIX веке, царский подарок был по-своему ироничен: Уиггинс называл себя “убежденным трезвенником”.

Хлебников, последователь Сазикова, открыл мастерскую примерно в 1870 году. Он завоевал множество наград на европейских выставках и завоевал международное признание благодаря изделиям из серебра с эмалью. Отличительной особенностью Хлебникова была техника литья и чеканки, которая позволяла имитировать фактуры дерева, березовой коры, ткани. Такие обманки были чрезвычайно популярной частью псевдорусского стиля. Хлебников и другие мастера производили коробки для сигар, которые имитировали настоящие коробки с наклейками и акцизными штампами, а также подносы и хлебницы в виде плетеных из камыша корзин. Их иногда украшали тонко прочеканенной “салфеткой” или “веточкой” с листьями и ягодами. Такие изделия были настолько популярны за границей, что фирма Тиффани (Tiffany and Company) импортировала в США образцы для перепродажи, а другие, например, Горэм (Gorham) копировали их для внутреннего рынка.

Хлебников был одним из нескольких мастеров, которые прославились благодаря предметам с горячей и витражной эмалью. В этих техниках порошок из цветного стекла или витражную пасту наносят на изделие из серебра, которое затем обжигают в печи. Контур орнамента в технике горячей эмали (клуазоне) образует тонкая серебряная проволока, которую припаивают к поверхности изделия. Каждую из образовавшихся между контурами ячеек заполняют своим цветом, после чего предмет обжигают. Как и в технике клуазоне, основа витражной эмали - каркас из серебряной проволоки. Но в данном случае нет подложки, и эмаль свободно пропускает свет. Эта эмаль - самая хрупкая из всех и выглядит, как миниатюрное витражное окно.

Эта чаша демонстрирует тонкое мастерство Хлебникова в технике витражной эмали. Хотя эту технику сочетали и с простым серебром, в данном случае теплый блеск позолоты удачно оттеняет насыщенный полупрозрачный орнамент.

Читайте продолжение статьи.

Перевод: Елизавета Боровикова

Источник